bg_irkutsk (bg_irkutsk) wrote,
bg_irkutsk
bg_irkutsk

Category:

Дело «Жукова-Кажаевой»: Хотели как лучше, получили как всегда?

Обратная сторона Закона
– вседозволенность.
Евгений Ханкин, писатель,
не член Союза писателей
На этой неделе 12 и 13 августа года в 10:30 в Ангарском городском суде (уголовная коллегия - ул. Горького, д. 9) пройдут очередные заседания по делу В.В. Жукова и С.Б. Кажаевой. Суд длится уже почти два с половиной месяца, нельзя сказать, что он искусственно затягивается, вроде как замаячил горизонт, но когда и как он завершится, по-прежнему предсказать невозможно. Ясно только одно - дело это, даже с учетом его заказного характера, по ходу судебного разбирательства еще доставит стороне обвинения хлопот и неприятностей.
Прошедшая неделя была охарактеризована окончательным переходом стороны защиты в нападение. Адвокаты Владимира Жукова и Светланы Кажаевой практически на каждом заседании подают в суд все новые ходатайства (причем обоснованные) об исключении доказательств обвинения из материалов суда. При этом сторона обвинения (прокуратура) защищается без особого энтузиазма.
Решением суда от 05.08.2015 года по ходатайству защиты уже исключено, как изъятое с недопустимыми нарушениями Закона, большинство ключевых вещественных доказательств, на которых строится версия обвинения. Также из числа доказательств исключена бухгалтерская экспертиза, которая представлялась как базовое доказательство якобы виновности В.В. Жукова и С.Б. Кажаевой. Суд посчитал, что данная экспертиза также была составлена с грубым нарушением действующего законодательства.
На сегодняшний момент экспертного документа, отвечающего на вопрос, кому (чему), в каком размере был нанесен ущерб и был ли он вообще нанесен, в распоряжении у обвинения нет. Все так называемые показания свидетелей, как со стороны обвинения, так и со стороны защиты, содержат исключительно субъективную, не экспертную оценку факта получения Светланой Кажаевой доплаты за совмещение ею должностей. И могут быть приняты судом во внимание лишь при наличии прямого доказательства виновности обвиняемых Жукова и Кажаевой. Фактическим же доказательством виновности в такого рода преступлении как раз и должно служить независимое объективное профессиональное экспертное заключение, которого на сегодняшний день на руках у обвинения нет. И на каком основании прокуратура продолжит свою версию обвинения пока непонятно.
Есть на руках у прокуратуры еще одно экспертное заключение - подчерковедческое. Эту экспертизу сторона обвинения также считает веским доказательным документом, но, вполне вероятно, и эта она в материалах дела находиться будет недолго. Изготовившая ее эксперт-подчерковед Е.Л. Шестеперова все-таки соизволила явиться на судебное заседание, но внятно ответить на вопросы-претензии стороны защиты не сумела. Как я уже писал ранее, г-жа Шестеперова является не только экспертом, но и генеральным директором  (и, надо полагать, хозяином) этого экспертного заведения.
По итогам допроса подчерковеда защита озвучила очередное ходатайство - об исключении из числа доказательств комплексную, комиссионную почерковедческую и техническую судебную экспертизу, осуществленную ООО «Байкальский центр судебных экспертиз и графоанализа». Хотя бы потому, что представленные на экспертизу документы были незаконно изъяты в ходе доследственной проверки. Именно на этом основании решением суда из материалов было исключено большинство ключевых вещественных доказательств. И еще потому, что по материалам дела совершенно непонятно,  какие все-таки документы были изъяты следствием, а какие передавались экспертной организации для исследования. И вообще, были ли эти документы подлинниками, или «эксперты» изучали копии? Совершенно непонятно, почему эту «экспертизу» обозначили как «комиссионную», хотя изготовили ее всего лишь два эксперта - по одному на каждую специализацию? Почему анализу были подвержены только так называемые «свободные образцы подписей», т.е. подписи, выполненные до возбуждения уголовного дела? Хотя для полного и всестороннего исследования кроме свободных и условно-свободных образцов подписей, должны отбираться также и «экспериментальные образцы» (выполняются специально для проведения экспертизы), которые в данном заключении отсутствуют. Экспериментальные образцы исключаются, если у фигуранта уголовного дела их невозможно взять (например, в связи со смертью). Жукова же полтора года держат в кутузке, и доступ следователей к нему все это время был неограничен. И почему в  приложенной к заключению таблице эксперт иллюстрирует 8 подписей, якобы, принадлежащих Жукову В.В.? При этом фактически анализу подвергаются только 2 подписи, 6 подписей вообще анализу не подвергались.
Что это, отсутствие профессионализма или показатель могущества и вседозволенности силовых структур?..
На суде Шестеперова не стала возражать, что возглавляемая ею ООО-шка является частной коммерческой структурой, основной целью которой является извлечение прибыли. Да и глупо отрицать очевидное. При этом и УПК, и ФЗ №73, который регламентирует правила производства экспертиз в рамках уголовных дел, однозначно предписывают: все экспертизы в рамках уголовного дела должны осуществляться либо государственными, либо некоммерческими профильными экспертными учреждениями и организациями, коим ООО «Байкальский центр судебных экспертиз и графоанализа», безусловно, не является. И даже в негосударственном, но в некоммерческом, учреждении экспертиза может быть изготовлена лишь в том случае, если в профильном госучреждении следствию в проведении такой экспертизы было отказано. Что должно быть подтверждено официальными запросами следователя в государственные экспертные структуры.
Только в Иркутске таких структур как минимум две, в том числе, кстати, уже упоминаемый Экспертно-криминалистический центр ГУ МВД РФ по Иркутской области, чью бухгалтерскую экспертизу суд на прошлой неделе, фигурально выражаясь, отправил в мусорный бак (туда же может отправиться и «экспертиза», проведенная г-жой Шестеперовой). Есть такие профильные госучреждения в Новосибирске, имеются, наверняка, и в Улан-Удэ, и Красноярске. И все они обязаны проводить и проводят по факту все подобные услуги по запросу суда, следствия,  и правоохранительных органов исключительно бесплатно. Именно это обстоятельство гарантирует объективность и беспристрастность проводимых экспертных исследований (хотя, к сожалению, как мы убедились, не всегда). В материалах уголовного дела никаких документов, подтверждающих то, что следственная группа хотя бы попыталась провести экспертизу надлежащим образом, нет. Сразу же - в коммерческую организацию, сразу же - за платной услугой.
Да не просто за платной. Стоимость одного объекта исследования в ООО «Байкальский центр судебных экспертиз и графоанализа» на давность подписи стоит 55 тысяч, на подлинность подписи – 18 тысяч рублей. Путем несложных подсчетов приходим к совокупной стоимости всей комплексной экспертизы – 548 тысяч рублей!
Интересная получается картина: Жукову вменяют в вину растрату в пользу Кажаевой на сумму 1080 тысяч рублей, а по факту за вычетом НДФЛ – чуть более 950 тысяч рублей. При этом одно лишь «экспертное» почерковедческое заключение обошлось госказне в 550 тысяч рублей. Посему вопрос – кто оплатил эту пресловутую «экспертизу»? Во всяком случае, в материалах документы об оплате графического анализа отсутствуют. Если этот так – налицо очередное грубейшее нарушение Закона! А сколько заплатили за то, чтобы эти уголовные дела были возбуждены, и чтобы Жуков до сих пор сидел в СИЗО? Граждане-товарищи, кто-то на этом деле здорово потратился, а кто-то неплохо заработал!..
Александр ПАШКОВ, журналист
Tags: Ангарск, Дело "Жукова-Кажаевой", Иркутская область
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment