bg_irkutsk (bg_irkutsk) wrote,
bg_irkutsk
bg_irkutsk

Нужен ли Приангарью музей Распутина?

На первый взгляд вопрос, вынесенный в заголовок, звучит горячечным бредом. Что значит «нужен ли»? Валентин Распутин, без всяких сомнений, признанный классик русской литературы и важная фигура общественной жизни России. Нет нужды перечислять его заслуги, и посему вопрос о сохранении памяти о нем и его творчестве возникать не может. Это все так. Но ключевое слово в вопросе - слово «музей». Попросту, далее речь пойдет о форме того, что должно стать способом сохранения памяти о писателе.
История музеефикации наследия великих людей прошлого в нашем городе началась с организации музея декабристов в 60-х годах. Первым музеем стал дом-усадьба Трубецкого, следом за ним дом-усадьба Волконского. Декабристский проект конечно, был вызван к жизни идеологическими раскладами того времени. Местная история, так или иначе, писалась в советскую эпоху как дополнение общей истории страны, и задачей краеведов было найти необходимые точки их соприкосновения. Декабристы были в этом отношении перспективным материалом, что позволило не только создать музей, но и организовать солидную школу научного декабристоведения. Правда научность там была чисто внешняя – декабристоведение, как не крути, продукт политпропаганды. По этой причине единственным подходом к решению проблемы содержания работы музея стал курс на тотальную героизацию объекта. Декабристам полагалось «бронзоветь». Что с ними и делали до той поры, когда страна резко поменяла идеологию и общественные ценности. От, казалось бы, неминуемого закрытия морально устаревшего музея, его спас гений директора Евгения Ячменева. Будучи по настоящему хорошим музейщиком, он сумел переформатировать музей декабристов в центр изучения и популяризации дворянской культуры. Добавив к этому профессионально подготовленные культурные мероприятия, Евгений Ячменев задал новый стандарт музейного дела в Иркутске.
Традиция укрепилась и уже в новое время 21 века, были созданы музеи Рогаля и Вампилова. Однако тут необходимо добавить, что у наследия Ячменева был и негативный аспект. Дело в том, что музей он создавал «под себя» - он был в музее полный хозяин, со всеми вытекающими. К тому же вопрос с методологией музеефикации наследия исторической личности решен не был, он был просто заменен другим вопросом. И эта порочная практика перекочевала в новые музеи. Словом, как и для чего создавать музей отдельной персоны – никто не знает. Что вполне четко объясняет то жалкое существование, которое влачат новооткрытые Дома. Дом Рогаля так и не наладил  серьезной выставочной работы, а Дом Вампилова, скрывшись под расплывчатым определением «культурный центр», стал просто тусовочным местом. Да и Музей декабристов явно теряет инерцию ячменевского развития, скатываясь на уровень заштатного ДК.
Такой длинный экскурс в новейшую историю музейного дела Иркутска необходим для того, чтобы было понятно – опыта, методологии создания музеев подобного типа у нас нет. Добавьте сюда еще один штрих – ситуацию с другими музеями, и картина предстанет пред вами во всей ее печальнейшей полноте. Проблема ведь еще усугубляется и тем, что в правление г-на Ерощенко, была проведена кадровая музейная революция. Дома Рогаля и Вампилова в свое время возглавили дамы, мягко скажем, далекие от музейного дела. Но это никого не смутило, напротив, ошибку решили возвести в правило. Взгляните – Краеведческий музей возглавляет журналист Люстрицкий, Музей истории города чиновник Дубровин, Художественный музей, опять же журналист, Гимельштейн. Очевидно, если любая кухарка не может управлять государством, то с управлением музеем она точно должна справиться.  Тут уже не до изысков вроде новых музеев, тут бы старые сохранить.
И вот на этой зыбкой почве областная власть решила создать музей Валентина Григорьевича Распутина. Причем, самое пикантное, что практически сразу разговор дополнила ремарка о создании «исследовательского центра Распутина». Но, помилуйте, господа, исследованием творчества и биографии Валентина Григорьевича уже давно и плодотворно занимаются различные филологи, литературоведы, обществоведы и прочие. Они в отдельном учреждении не нуждаются. Как, скажем, не нуждается Денис Мацуев в Доме музыки Дениса Мацуева, сооружённом по задумке Дмитрия Мезенцева. Не идет ли тут речь о создании теплого необременительного места, для кого-то нужного, и параллельно о неистребимой галочке в чиновничьих отчетах? Да полбеды, если только об этом. Беда в том, что такая инициатива во времена Иосифа Виссарионовича называлась бы вредительством.
Во-первых, сам Валентин Григорьевич был категорически против создания подобных вещей. Во-вторых, уже имея «музей Вампилова», создавать музей Распутина означает окончательно подрывать идею создания в Иркутске давно необходимого Литературного музея. Конечно, Вампилов и Распутин – это звезды большой величины. Но как быть с остальными литераторами - Константином Седых, Марком Сергеевым, Иосифом Уткиным, Глебом Пакуловым и другими? Им тоже причитается по музею? Или они останутся в нашей жизни только по углам, благодаря частной инициативе, вроде музейной комнаты Молчанова-Сибирского в областной библиотеке? Но ведь единый литературный музей мог бы не только законсервировать артефакты личной истории писателей, он, прежде всего, мог зримо представлять, что есть такое литературный процесс, и тем самым создавать условия для развития уже сложившейся литературной традиции. В то же время, растаскивание писателей на отдельные учреждения, есть не что иное как «хитрая бизнес-схема», внесенная в культуру. По этой схеме приватизируется самый прибыльный актив, а все остальное просто сбрасывается. Под разглагольствования о «сегментировании целевой аудитории» происходит фрагментация общего смысла на ничего не значащие «культурные объекты», в чем и состоит либеральная концепция постсоветской культуры. Самое же веселое в этой истории, что подобный подход исповедуют те, кто больше всех кричит об особом месте Иркутска в культурной жизни страны и необходимости повышения конкурентоспособности региона. Мало нам закрытия БЭФа, или похороненной идеи организации экотуризма, теперь мы нуждаемся в масштабном культурном провале, слепив, под именем великого писателя, сельский клуб.
Однако, чтобы не оставлять читателей с мрачным послевкусием после прочтения статьи, выскажусь в духе «осторожный оптимизм». Надежду, конечно, вселяет избрание нового губернатора, обновлённая власть должна будет что-то делать в сфере культуры, и вполне возможно, что она будет делать это серьезно и правильно. Ну, а если нет, то против губернаторского проекта создания музея Распутина, высказывается достаточно много граждан – как знать, может общественное мнение победит чиновничью логику.
Владимир Левин
© 2015, БГ Иркутск
Tags: Иркутск, Иркутская область
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments