bg_irkutsk (bg_irkutsk) wrote,
bg_irkutsk
bg_irkutsk

Повесть о том, откуда есть пошла иркутская меритократия, и куда она идет

И куда она должна идти

Глава 1. Битва при Топониме (с)
Обсуждение вопроса о переименовании городских объектов ведётся преимущественно в двух плоскостях – «плохое советское нужно убрать – хорошее советское нельзя трогать» и «нравится – не нравится». В спорах вываливается масса аргументов про юридические и финансовые последствия, мнения обывателей, ссылки на исторические документы и прочие технические вопросы, которые должны были решиться до этого момента. Ведь, право, не могла же городская администрация надеяться, что переименования не произойдут никогда. Но они произошли, как всегда неожиданно, и произошедшее вдруг обнажило весь срам, позор и стыд того, что мы называем «экспертным сообществом» города. Инициаторы и союзники скандального действа по прошествии 14(!) лет лоббирования, пришли к результату с каким-то беспомощным лепетом про «историческую справедливость», и откровенной неспособностью наладить коммуникацию с обществом. Король оказался не просто голым, он громогласно заявил о своей наготе. Не взглянуть ли нам на этого «короля» поближе?
Глава 2. Ловцы слов
В Иркутске худо-бедно сложился слой образованных людей, выступающих в качестве публичных спикеров, тех, кто утверждает власть слов и смыслов. Имена их известны, назовём наиболее яркие – Сергей Шмидт, Алексей Петров, Александр Гимельштейн, Дмитрий Таевский, Екатерина Вырупаева, Сергей Беспалов. Список далеко не полный, но нас интересует положение всего сообщества, а не вклад в дело отдельных персон. И говоря про сообщество, мы не подразумеваем что перед нами тесные ряды единой организации, вовсе нет. Все эти люди могут расходиться друг с другом во мнениях и подчас откровенно ненавидеть «коллег», но все же, это сформировавшийся «зонтичный бренд».
История иркутского «экспертного сообщества» в общих чертах повторяет путь общероссийской «экспертизы», но имеет ряд особенностей. Как и по всей стране, потребность в людях, могущих быстро и доступно разъяснить суть происходящих общественных и политических процессов. Развитие СМИ и средств массовой коммуникации привело к необходимости увязывать и объяснять массу событий, информацию о которых получали граждане. Проще говоря, «эксперт» – это комментатор реальности. Однако, в силу разных причин, на долю «экспертов» выпала функция формирования смыслов. Что открыло для них возможность стать режиссерами общественных процессов и получить свой кусок власти. Эта власть получила свое обоснование в теории  «меритократии». 
Меритократия – власть достойных, лучших. Может показаться, что это синоним понятия «аристократия». И да, и нет. Меритократы хотят занимать положения аристократов, но без обязательств по поддержке разного рода традиций. К тому же, меритократы выступают апологетами общества равных возможностей, поскольку родиться меритократом нельзя. Однако это не означает, что любой и каждый может войти в ряды достойных, тут тоже есть свои условности и барьеры: меритократом нельзя стать, не разделяя определенную идеологию. Точнее левую: от левого социализма до левого либерализма. Объясняется это тем, что свое влияние меритократы получают на посредничестве между обществом и государством, и удерживать симпатии общества для них крайне важно. Государство же надеется, что интеллектуалы смогут наладить диалог между ним и обществом, и терпит фрондерство «экспертов». Впрочем, словари описывают это явление лучше, а тем, кого заинтересовал мир грядущей меритократии, посоветуем книги Ричарда Флориды «Креативный город» или «Бобо в раю. Откуда берется новая элита» Дэвида Брукса.
До полноценной меритократии иркутским «смысловикам» еще далеко, но определенные властные амбиции интеллектуалов видны невооруженным глазом. Отметим, что эта власть не подразумевает занятия официальных постов, нет, это власть основана на владении технологиями управления общественным мнением.
Надо признать, иркутские публичные спикеры проделали большую работу по утверждению себя в авангарде общества, но дальше дело встало. Иркутские «эксперты» с головой окунулись в политику и навязали политический язык городу в качестве основного. В Иркутске все происходящее объясняется действием чьего-то политического интереса. Отчасти этому способствовала бурная политическая жизнь города и области, но основная причина кроется в тяжелой наследственности интеллектуального сообщества. Основное ядро, определяющее стиль и методы работы в иркутской публицистике, составляют выходцы с истфака ИГУ. И эта институция заслуживает немного внимания и слов.
Глава 3. История про историков
Главное, что необходимо знать об истфаке госуниверситета, - это не научное учреждение. Несмотря на успехи и звания отдельных исследователей, как научная школа, иркутский истфак не представляет собой ничего. Научная жизнь развивается на оси Новосибирск – Томск, где идет эпическая битва Академгородка и ТГУ. Иркутск же оказался на обочине, и научных результатов от него не ждали. Поэтому истфак быстро превратился в кузницу кадров компартии. Советская историография была очень политизирована и из историков охотно вербовались партийные функционеры. Отсюда берет начало факультетская традиция запрета на осмысление и интерпретацию фактов. Иркутский историк должен уметь выявить 100500 документов по теме и пересказать их близко к тексту. Разного рада версии, гипотезы и концепции – это забавы для студентов, серьезный историк не должен увидеть лес за деревьями. Поэтому историческая школа Иркутска освоила только одну форму научной работы – хронологическая фактография, летопись. Все это определяет особенности мышления наших «экспертов» – хорошая оперативность при отсутствии стратегического горизонта.
Иркутский истфак – это был, по сути, Итон 19 века. Туда поступали благовоспитанные юноши из хороших семей, получали там знания из древней истории, языков и политики, овладевали искусством красноречия, приобретали кругозор и полезные связи, и выпускались искать мест на государственной службе. Некоторые, конечно, оставались работать на кафедрах (это было занятие достойное иркутского джентльмена), но более по склонности к приятному времяпрепровождению, нежели от страсти к научным открытиям.
Пришествие демократии освободило историков от партийной барщины, и они устремились в свободный полет. Красноречие и корпоративная солидарность позволили им быстро и прочно занять место основных публичных спикеров. Конкурирующая группировка, в лице «распутинского» Союза писателей, серьезного сопротивления не оказала, но звезда меритократии не взошла. Отсутствие практики стратегического анализа, превратила иркутских «экспертов» в разносчиков инсайдерской информации из коридоров власти и партий. При этом каждый лелеял мечту стать «придворным звездочетом» и составлять для губернатора политические гороскопы. Тут, в качестве иллюстрации, стоит вспомнить о громком провале иркутской «экспертизы» во время объединения области с Усть-Ордынским округом. Призванные дать понятное и привлекательное объяснение выгод объединения наши «смысловики» так и не смогли придумать ничего больше чем «за это Москва даст нам денег». Азохен вэй, товарищи бояре!
Но хуже всего, подобный стиль формирования интеллектуального продукта, при отсутствии альтернативы, распространился на всю сферу гуманитарного знания города. Интеллектуальный рынок у нас крайне узок и беден финансово.  Взгляните на наши СМИ – до сих пор у нас не сложилось ни одного серьезного проекта, могущего выйти за рамки города количественно, и за рамки политических сплетен качественно. Реклама и маркетинг так и остаются на уровне начала 90-х. Театральный критик у нас один, музейных и музыкальных критиков нет вообще.  Да и сама сфера политики никак интеллектуально не обеспеченна. Несмотря на активность и содержательность политпроцесса, иркутская политология ни в теоретическом, ни в практическом плане (при существующей кафедре политологии на том же истфаке) ничего из себя выдавить не может. Политтехнологии существуют исключительно как часть избирательных кампаний, но и там скатываются к прямому административному давлению и практически открытому подкупу. И это только часть проблем из тех, что на виду.
Эпилог
На чем же хотят строить свою меритократию иркутские интеллектуалы? Очевидно на фокусах, подобных акции по переименованию. Отчетливо видно, что труженики мозга осознали, что надо делать для управления массовым сознанием, но не знают, как.  И поэтому действуют грубо и бездарно. Что вызывает резонный вопрос – а не пора ли завершать гастроли этого бродячего цирка? Много лет, нас потешали словесной эквилибристикой и кривляньями, но репертуар явно устарел. Да и клоуны не те. Иркутск нуждается в серьезном интеллектуальном обеспечении общественной жизни. Проблема поиска «формул Иркутска» и городской идентичности не должна подменяться суетливыми поисками мелкого политического гешефта. Анализ событий не должен сводиться к ироничным комментариям в социальных сетях. Разговор об иркутской культуре не должен оставаться пересказыванием сплетен о деятелях культуры. Нам нужны настоящие интеллектуалы на месте обанкротившегося «экспертного сообщества».
Владимир Левин
© 2016, БГ Иркутск
Tags: Иркутск, Иркутская область, Россия
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments