?

Log in

No account? Create an account

БГ Иркутск

политика начинается здесь

Previous Entry Поделиться Next Entry
Почему судья Ангарского городского суда препятствует следствию?
bg_irkutsk
Сегодня, 25 октября, адвокат Иркутской региональной коллегии адвокатов «Альянс» Галина Шидловская направила жалобы в Квалификационную коллегию судей Иркутской области и Председателю Иркутского областного суда на действия судьи Ангарского городского суда. «По нашему мнению,  действия судьи выходят не только за рамки закона, но и за рамки понимания. Когда очевидно, что совершается преступление, всяческое препятствование в проведении предварительного расследования со стороны судьи выглядит не только неуместным, но и незаконным», – сообщает Галина Шидловская.
Эта история началась в 2016 году. К адвокату Галине Шидловской обратилась жительница Ангарска Людмила. Женщина рассказала, что умерла ее тетя и ей, единственной наследнице, оставила дом и участок земли. Людмила, как того требует закон, обратилась к нотариусу, подала своевременно заявление, убедилась, что все принадлежащее тете наследство зарегистрировано на ее имя, собрала для нотариуса соответствующие справки. Но каково же было ее удивление, когда спустя 9 месяцев она узнала от нотариуса, что получать уже нечего, все наследственное имущество после смерти тети выбыло из наследственной массы. Разумеется, Людмила начала искать похищенное. На одном из сайтов продажи недвижимости она обнаружила объявление о продаже своего дома с земельным участком, получив выписки о правах на эти объекты, узнала, что собственником стал некий гражданин Борис. А на сайте Ангарского городского суда на тот момент уже имелись сведения об участии этого же человека более чем в 10 спорах в отношении недвижимого имущества. В том числе по искам о выселении, признании утратившими прав на жилые помещения.
«Начались длительные судебные разбирательства, в ходе которых выяснилось, что сосед умершей тети, обратился в суд, представив решение третейского суда и третейское соглашение между ним и умершей тетей моего доверителя. Мужчина убедил суд в том, что умершая жива, здорова, более того, принял на себя обязанность уведомить ее, получил в суде телеграмму и направил умершей полгода назад соседке, и что самое удивительное, она ее получила. Так у суда не имелось оснований отказать в заявленных требованиях, умершая, уведомленная надлежащим образом о дне и времени судебного заседания, как не странно, ничего не возразила по заявленным к ней требованиям о прекращении прав собственности на дом и земельный участок, которые перешли в собственность соседу тети по якобы заключенному ранее договору займа с залогом. Причем этот договор нигде ранее не фигурировал, в том числе у нотариуса, который заводил наследственное дело, залог также не был зарегистрирован в кадастровой палате», – рассказала Галина Шидловская.
Затем этот самый сосед зарегистрировал свои права и незамедлительно продал дом с землей гражданину Борису. Отметим, что Борис (по информации Галины Шидловской) является фигурантом большого количества судебных разбирательств, в основном в качестве «добросовестного приобретателя», который в связи с трагическим стечением обстоятельств постоянно приобретает именно проблемные квартиры и дома, в основном с проживающими в них людьми.
«В результате трех судебных разбирательств, которые длились почти год, удалось выяснить следующее: третейские судьи, вынесшие злополучное решение, как в воду канули, в суд не являлись, по юридическому адресу не находились, проявляя неуважение к суду, так и не представили суду материалы третейского разбирательства, в ходе которого якобы участвовала умершая, даже заявляла встречный иск. Почтовое отделение по запросу суда предоставило информацию о том, что никакой корреспонденции умершая от третейского суда не получала, в конце концов была предоставлена справка о том, что дело было уничтожено.
Экспертизой, проведенной по одному из дел, было установлено, что подпись умершей в представленном в суд оригинале третейского соглашения принадлежит не ей.  То есть был установлен факт предоставления в суд заведомо поддельного документа с целью незаконного завладения чужим жильем. В соответствии с уголовным кодексом такие действия квалифицируются как мошенничество. В результате, безусловно, решение третейского суда было признано незаконным и сделка купли-продажи судом признана недействительной, имущество было возвращено в собственность наследницы», – говорит Галина Шидловская.
Но на этом история не закончилась. Людмила получила новый иск от соседа тети на общую сумму 5 миллионов рублей, из которых 2,5 миллиона – задолженность умершей тети перед ним по якобы имевшему место договору займа, а еще 2,5 миллиона – это проценты на день предъявления иска. В результате по ходатайству истца было арестовано не только наследство в виде дома и земельного участка, но и личное имущество Людмилы, которое она приобрела задолго до смерти тети, а также имущество ее родственников.
«И если наглость со стороны соседа просто поразила, то дальнейшее поведение судьи по данному делу вообще повергло в шок. С самого принятия дела к производству были допущены грубейшие нарушения: изначально иск был подан без оплаты госпошлины, которая была оплачена частично на следующий день после подачи иска, при этом из положенных по закону 32 000 рублей, оплачено было только 10000 рублей, при этом судья иск принимает и указывает на необходимость доплатить госпошлину в полном объеме и в тот же день без каких-либо доказательств, предоставляет отсрочку от уплаты госпошлины в полном объеме. Это несвойственно для опытного судьи. Из своего опыта адвоката могу сказать, что порой для получения отсрочки или рассрочки уплаты госпошлины пенсионеры и малоимущие люди вынуждены собрать целую кипу документов, в подтверждение действительно тяжелого материального положения. Этого требует закон. В данном случае достаточно было просто ничем не подтвержденного заявления истца.  Трудоспособного мужчины, предоставляющего займы на столь большие суммы. Кроме того, в тот же день, без каких-либо доказательств наличия у ответчицы имущества и его стоимости суд наложил арест, как было указано выше, на имущество наследницы. При этом на тот момент вопрос о возврате наследственного имущества в виде жилого дома еще не был рассмотрен судом по существу, а наложив арест на имущество, принадлежащее ответчице, суд, не выяснив, кому оно принадлежит и на каких правах, наложил арест на доли в этом имуществе сестры и матери ответчицы», – рассказала Галина Шидловская.
Однако и на этом странности в деле не закончились. Судья назначила экспертизу по договору займа и расписке, якобы подписанных умершей. Эксперта суд выбрал самостоятельно, вопрос о назначении экспертизы именно у этого эксперта на рассмотрение сторон не ставился. Не удивило сторону ответчицы, что заключение эксперта было не в ее пользу, мол, подпись сделала умершая тетя. Разумеется, после этого наследница обратилась за составлением рецензии на экспертизу суда к более квалифицированному специалисту,  который выявил множество нарушений в ходе изготовления первой экспертизы, и как следствие, недопустимость ее в качестве доказательств по делу. Экспертиза, проведённая  по заданию наследницы,  установила, что подпись умершей – подделка.
«И в принципе экспертиза – не приговор, всегда можно ее оспорить, при наличии противоречий и неясностей: допросить эксперта, выяснить, почему пришел к таким выводам, представить иные исследования, назначить повторную экспертизу. Так мы думали, исходя из требований закона и сложившейся по таким делам судебной практики. Однако, в процессе судья последовательно, одно за другим отклонила практически все заявленные со стороны ответчицы ходатайства: отказала в вызове эксперта, в допросе явившегося в суд специалиста, отказала в проведении повторной экспертизы. Как ни странно, отказано было даже в запросе сведений и материальном положении займодавца и заемщика. Суд посчитал несущественным тот факт, что займодавец незадолго до предоставления займа освободился из мест лишения свободы, не работал и не имел доходов, являлся должником по нескольким исполнительным производствам, которые были прекращены в связи с отсутствием у него имущества и денег. Указанные обстоятельства суд счел не имеющими значения для дела, как и обстоятельства того, что умершая была обеспеченным человеком, не нуждалась ни в чем, имела накопления и всегда жила по средствам, в связи с чем не нуждалась в займах, тем более в таких больших суммах», – рассказала Галина Шидловская.
В то же время уже возбуждено дело по первому эпизоду мошенничества, в ходе расследования которого были выявлены признаки совершения преступления непосредственно связанного с предъявлением настоящего иска. Однако, как рассказала адвокат Шидловская, судья отказала следователю в выемке документов, которые являются, по сути, единственными вещественными доказательствами. Отказано было даже в осмотре гражданского дела без каких-либо оснований. Более того, после того, как следствием были предприняты попытки изъять вещественные доказательства, истец сразу же изъявил желание вернуть себе сфальсифицированный документ из первого дела, решение по которому вступило в законную силу полгода назад.
«Почему необходимость в возврате сфальсифицированного доказательства (что было установлено решением суда, вступившим в силу) возникла непосредственно после следственных действий  по его выемке, остается только догадываться. И самое главное –от кого истцу стало известно о предстоящей выемке? Только в результате оперативной работы следствия удалось все-таки изъять указанный документ раньше, чем он был бы возвращен лицу, представившему в суд поддельное доказательство, что само по себе является преступлением. Поразительно еще и то, что отказывая в выемке документов, суд указал на возможность предоставления таких документов только лицам, представившим их в суд, то есть в данном случае непосредственно подозреваемому, поставив таким образом следствие в ситуацию, при которой оно вообще лишено возможности получить доказательства без согласия потенциального подозреваемого, что само по себе противоречит УПК РФ, в рамках которого действует следователь», – говорит Галина Шидловская.
В итоге, в результате продуктивного взаимодействия Прокуратуры города и следствия уголовное дело по второму эпизоду было возбуждено, истец задержан и, казалось бы, приостановление дела неизбежно. «Ведь мы не можем в интересах следствия предъявлять в гражданский суд доказательства, имеющие значения для уголовного дела,  преждевременное раскрытие которых может сделать затруднительным дальнейшее расследование уголовного дела. Кроме того, часть свидетелей, допрошенных по уголовному делу, опасаясь за свою жизнь и здоровье, отказались давать показания в гражданском суде до окончания следствия. И их тоже можно понять, поскольку истец ранее отбывал наказание в местах лишения свободы более 10 лет за убийство, сопряженное с разбоем», – так думали Людмила и адвокат Шидловская.
Однако суд посчитал невозможным приостановить рассмотрение дела до рассмотрения уголовного дела. Тогда сторона ответчика вынуждена была предъявить бесспорные доказательства подложности представленных в суд договора займа и расписки, подтверждающие факт предоставления в суд совершенно другого договора на других условиях, чем это было указано ранее, в предыдущих решениях.  При этом к моменту рассмотрения по существу данного ходатайства истец уже содержался под стражей, о чем суд был поставлен в известность. Более того, представитель истца не явилась в суд после перерыва, в связи с участием в обыске в ее жилище, ответчица  находилась на опознании, однако это не помешало суду в отсутствие истца, ответчика вынести определения о назначении повторной экспертизы почерка, в назначении которой ответчику накануне было отказано. Причем экспертиза назначена в экспертном учреждении города Новосибирск. Сторона ответчика предполагает, что сделано это для того, чтобы заволокитить дело, но самое страшное – за это время вещественные доказательства могут быть утрачены. В отсутствии этих документов дальнейшее расследование уголовного дела и привлечение виновных к ответственности будет значительно затруднено.
Сейчас Людмила надеется только на то, что рассмотрение жалоб, которые они направили с Галиной Шидловской, приведут к восстановлению ее прав, а самое главное – «пресекут дальнейшее незаконное поведение судьи в рамках рассматриваемого ею спора».
Редакция газеты «Байкальская Сибирь» направит запросы СМИ на получение информации в Квалификационную коллегию судей Иркутской области и Председателю Иркутского областного суда, чтобы выяснить – какая ответственность предусмотрена для судьи за создание препятствий в расследовании уголовных дел органами предварительного расследования.
Все имена, кроме имени адвоката, изменены.
© 2017, БГ Иркутск
материал опубликован на сайте Эхо Москвы

Последние записи в журнале


  • 1
(Анонимно)
Адвокат Шидловская Г.И. зря писать не станет! Удивительно, что еще так деликатно написано и фамилий нет. Прокуратура хоть на высоте оказалась. Одно радует.

(Анонимно)
Эта история сродни детективному роману. Ужас, конечно. В голове не укладывается, что это происходит здесь, совсем рядом, в Ангарске.

(Анонимно)
знакомая тема. В начале года пришлось понаблюдать за действиями некоторых судов в Иркутской области, в т.ч. и областного суда. И как то, мягко выражаясь, возникли сомнения в их порядочности. В т.ч. и областного суда.
А Борис конечно на Остапа Бендера не тянет. Тот подобные дела решал без содействия со стороны судей

(Анонимно)
Может у кого то знакомые или родные пострадали подрбным образом?? Отзовитесь!!

Сегодня была опубликована еще одна статья, которая стоит внимания...

ссылка на статью: https://bg-irkutsk.livejournal.com/5646175.html

Пишет bg_irkutsk (bg_irkutsk) 
2017-10-27 18:50:00

Как в Ангарске через суд у умерших отнимают жилье

«Почему судья Ангарского городского суда препятствует следствию?» (25 октября). У авторов этой публикации о том, как правосудие в лице отдельно взятой судьи Ангарского городского суда противопоставило себя интересам следствия, была надежда на реакцию Иркутского областного суда. Но тщетно…
Адвокат Иркутской региональной коллегии адвокатов «Альянс» Галина Шидловская сообщает, что она вместе со своей подзащитной готовят обращение в  ФСБ РФ. Вот комментарий адвоката:
«В ходе проведения расследования, при обысках в жилищах членов  преступной группы были обнаружены доказательства вынесения той же судьей еще четырех решений, которыми были узаконены четыре  решения еще трех третейских судов, как ни странно учредителями всех трех организаций, при которых осуществляли деятельность третейские судьи, являлся гражданин Тумановский, тот самый судья, по решению которого ранее уже были вынесены незаконные решения. По данным фактам возбуждено два уголовных дела по факту мошенничества, совершенного с вовлечением в совершение преступления суда. 
Все три третейских суда имеют не только одного учредителя, но и один адрес осуществления деятельности. К слову сказать,  в настоящий момент  Тумановский К.В. разыскивается для допроса по уголовному делу. Однако местонахождение его установить невозможно. В ходе обыска были изъяты два исполнительных листа о признании права собственности на жилые дома, расположенные в Симферополе и обнаружены оригиналы двух заявлений на возврат оригиналов третейских соглашений, в соответствии с которыми были вынесены решения суда о признании прав собственности в отношении еще двух квартир в городе Ангарске. Причем одним из выгодоприобретателей являлся брат задержанного, в квартире которого производился обыск. 
В ходе проведения проверки было установлено, что все так называемые «должники» – трое собственников, которые по решению судьи лишились жилья, умерли задолго до его вынесения, хотя в решении суда указано на то, что данные граждане извещены надлежащим образом, и их неявка не препятствует рассмотрению дела.  В очередной раз умершие собственники не возразили, когда суд прекращал их права на собственность. При этом уже давно, с 2015 года, сложилась судебная практика, в том числе по третейским решениям ООО «Правое дело», в частности в Кировском суде г. Иркутска, об отмене всех решений, которыми прекращалось или признавалось право собственности на недвижимое имущество, поскольку решение вопросов о признании права собственности находится в исключительной компетенции государственных судов. Такие решения в большом количестве имеются на сайте указанного суда,  то есть имеются в общем доступе. Почему судье Ангарского городского суда не известно было о том, что она обязана была отказать в выдаче такого листа, остается только догадываться. Каким образом были извещены умершие должники, лишенные одним судебным заседанием жилья, тоже остается загадкой. Однако больше всего вопросов оставил осмотр данных материалов, в ходе которых оригиналы третейских соглашении,  без которых рассмотрение подобных споров не допускается, не были обнаружены, вместо них в деле оставлены никем не заверенные копии. При этом вынесение подобного решения  невозможно без оригинала или нотариально заверенной копии, которой также в деле не оказалось. При таких обстоятельствах возникает вопрос: «с чем мы столкнулись – с ошибкой суда?» Наверное, можно было бы об этом говорить, если бы таких решений, вынесенных одной судьей, было бы не так много. Верить в такие совпадения не приходится. С вынесением заведомо незаконного решения суда, а вернее четырех или речь идет об уничтожении вещественных доказательств, исследование которых просто необходимо для расследования данных преступлений? А, возможно, они были возвращены потенциальным подозреваемым, вместо того, чтобы передать их органам расследования, ведь именно на такую возможность было указано в ответе суда на запрос следствия о разрешении выемки документов? Надеемся, ответы на эти вопросы буду найдены». 
© 2017, БГ Иркутск  

  • 1